Дипломная работа

от 20 дней
от 7 499 рублей

Курсовая работа

от 10 дней
от 1 499 рублей

Реферат

от 3 дней
от 529 рублей

Контрольная работа

от 3 дней
от 79 рублей
за задачу

Билеты к экзаменам

от 5 дней
от 89 рублей

 

Курсовая Религиозное понимае сущностиполитической деятельности - Политология

  • Тема: Религиозное понимае сущностиполитической деятельности
  • Автор: Сергей Лебедев
  • Тип работы: Курсовая
  • Предмет: Политология
  • Страниц: 30
  • ВУЗ, город: -
  • Цена(руб.): 1500 рублей

altText

Выдержка

ию, учебные учреждения.
Проявляют в той или иной мере политическую активность также партии и движения, созданные по конфессиональному признаку, хотя прямо не связанные с религиозными центрами (Христианско-демократический союз — Христиане России, Российское христианско-демократическое движение, Православное политическое совещание, Буддийско-христианский союз, мусульманское движение «Нур», общественно-политическое движение «Союз Мусульман России», «Мусульмане России» и др.). Правда, сколько-нибудь заметного влияния на политическую жизнь они пока не могли оказать. Об этом свидетельствуют и результаты выборов.
Получает распространение религиозный экстремизм в качестве составляющей политического экстремизма. Религиозно-экстремистское движение, нередко при зарубежной поддержке (например, ваххабиты на Северном Кавказе), используют религиозные идеи в сугубо политических целях — нарушения территориальной целостности России, свержения в отдельных регионах государственной власти, навязывания клерикальных порядков.
Значителен и политический резонанс от реальных или мнимых незаконных действий ряда новых религиозных культов и движений, преимущественно зарубежного происхождения. Вокруг них наблюдается неправомерный ажиотаж, вызываемый как незаконными действиями властей разного уровня, так и усилиями западной пропаганды, да и некоторых российских граждан.
Однако большинство верующих выступает за то, чтобы все здесь решалось в рамках законности, признающей в правовом плане равенство всех религий и одновременно необходимость пресечения антиобщественной деятельности членов любых религиозных объединений.
3. Взаимодействие политики и религии осуществляется и путем использования религии в своих интересах политическими деятелями различных ориентаций, но в первую очередь, стоящими у власти.
При этом применяются различные средства: предоставление материальных привилегий, определенное давление со стороны власть имущих, апелляция к общим интересам. Эта форма переплетения политики и религии имеет в России давнюю традицию, проявлявшуюся и при царизме, и при советской власти. Следуют ей и современные российские политики. Политические и государственные деятели стремятся получить (и нередко получают) благословение многих своих социально-политических начинаний, обращаются к религии в демонстративных, показных целях, добиваясь подобным образом повышения своего авторитета.
Националистические экстремистские группировки в Центре и на местах, местные элиты в своей борьбе за власть и материальные привилегии нередко прибегают к религии, усугубляя тем самым межнациональную и межконфессиональную напряженность. Используется авторитет религии и при военных столкновениях. Сепаратисты в Чечне и Дагестане в целях легитимизации и освящения своих действий постоянно взывают к Аллаху, ратуя «за возврат к исламскому обществу в соответствии с учением Корана», введение законов шариата.
Современная российская политическая оппозиция также стремится опираться на общественно-политический авторитет церкви, открыто провозгласив курс на стратегическое сотрудничество с ней. В Манифесте, принятом в ноябре 1998 г. II съездом Народно-патриотического союза России, сказано: «Возрождающаяся Церковь станет в нашем растерзанном смутой обществе одним из главных гарантов национального единства, защитником народных святынь и традиций, хранителем и проповедником вечных ценностей православной духовности и христианского патриотизма…»
Лидеры оппозиции выступают за то, чтобы Русская Православная Церковь с ее огромным нравственным авторитетом активнее участвовала в общественной жизни, разоблачая алчность и похоть, обличая безнравственность, вдохновляя россиян на борьбу со злом, насилием, растлением народной души.
4. Религиозный фактор присутствует в политике и в тех случаях, когда в силу конкретных обстоятельств сами верующие, участники массовых движений, обращаются к религии для оправдания своих собст-венных действий, для идеологического обоснования своих интересов, надежд, чаяний. При этом используется та же система аргументации, но уже в социальных и политических целях, определяемых политическими установками участников данного движения, задачами, которые они стремятся решить. Религиозными лозунгами (христианскими, мусульманскими, буддистскими и др.) вдохновлялись широкие народные (социальные и национально-освободительные) движения от начального периода формирования Российского государства до наших дней во многих ее регионах. В современной России обращение значительных слоев населения к религии обусловлено — среди прочих причин — недоверием (в обстановке ухудшения экономического и экологического положения, политической нестабильности, духовного, нравственного кризиса, распространения коррупции, порнографии, межэтнической напряженности и т.д.) к проводимой властями политике, к заявлениям государственных деятелей.
В гуманистических общечеловеческих ценностях, идеях духовности и душевной чистоты, проповедуемых религией, они видят заслон от циничной политики, от нравственного упадка, поразившего общество, видят в религии опору исконных национальных ценностей.
В этих сферах, как и в области благотворительности, милосердия, сохранения исторических памятников, воспитательной, культурной деятельности они выступают за сотрудничество общества, государства и религиозных организаций.

Глава 2. Политика и религия в современном российском обществе
В последние 15 лет в России наблюдается заметный рост влияния религии на жизнь граждан. Восстанавливаются и открываются церкви, мечети и молитвенные дома, широко отмечаются религиозные праздники, церковные службы транслируются по телевидению. Огромное количество россиян совершили обряд крещения, а церемонии бракосочетания все чаще завершаются венчанием.
Активное проникновение религии в массовое сознание и соответствующее повышение роли церкви в государстве не могло не сказаться на политической жизни, в частности, на поведении политиков. Руководители государства начали посещать церковные службы, а церковные иерархи — светские приемы. Священнослужители благословляют солдат перед боем, освящают бронетехнику и казармы, а светская власть награждает церковных иерархов высшими государственными наградами. Масштабы описываемого явления настолько велики, что вызывают серьезную обеспокоенность антиклерикальных кругов. Развертывание процессов десекуляризации в сфере образования, усиление участия церковнослужителей в социально-экономической жизни страны, а также укрепление взаимосвязей между светской и церковной элитами даже породили у некоторых аналитиков опасения относительно девальвации в России принципа отделения церкви от государства.
Происходящие в обществе изменения повлекли за собой и трансформацию социальных ожиданий граждан. Оценивая политических деятелей, население уже обращает внимание не только на их идеологические и политико-экономические ориентации, но и на степень их религиозности и конфессиональную принадлежность лидеров. Последние же, в свою очередь, стали учитывать религиозные настроения избирателей и разными способами демонстрировать свою поддержку церкви. Можно констатировать, что в последнее время в этой сфере наметились два процесса религиизация политики и политизация религии.
Наиболее ярко этот процесс проявляет себя в деятельности оппозиционных движений и партий — от коммунистов до монархистов и националистов. Известно, что формирование российской государственной идеологии находятся в центре внимания «патриотов-государственников», которые опираются на традиционные ценности российского общества. Идейное противостояние демократов-западников и патриотов-государственников за последние годы стало важнейшим показателем общественно-политической жизни страны. Поскольку в первые годы реформ правящая элита активно пропагандировала идеи либерализма и радикал-реформизма, всячески отвергая при этом традиционные культурные ценности, то эти ценности и были взяты на вооружение оппозицией. По мнению лидера российских коммунистов Г.А. Зюганова, политическая палитра патриотического движения выглядит так: коммунисты-державники (левый фланг), государственники-державники (центр), силы религиозно-патриотической ориентации (правый фланг). КПРФ является наиболее последовательной в разработке государственной идеологии. Накануне президентских выборов 1996 года лидер КПРФ и НПСР (Народно-патриотический союз России) издал книгу «Россия — Родина моя. Идеология государственного патриотизма», в которой на основе осмысления отечественной истории формирует новую российскую идею — идею державного социализма. Пытаясь логически соединить коммунистическую и державно-патриотическую идеи, автор отмечает, что коммунистическая идея — глубоко русская национальная идея. Для возрождения России, считает он, необходимо соединить «красный» идеал социальной справедливости, который является в своем роде земной ипостасью небесной истины («перед Богом все равны») и «белый» идеал национально-осмысленной государственности, воспринимаемый как форма существования многовековых народных святынь. В таком случае Россия обретает общественное согласие и державную мощь, завещанную десятками поколений предков. Г. Зюганов подчеркивает, что Русская Православная Церковь является исторической опорой и выразителем «русской идеи».
Необходимо отметить, что и КПРФ, и радикальные националисты активно используют в своей практической деятельности фундаменталистские настроения ряда православных «ревнителей благочестия», которые характеризуются не их обрядовым благочестием, а церковно-политической программой ответов на «внешние» вопросы. Основное в этой программе — бескомпромиссный антиэкуменизм, блокирующий все формы религиозного диалога, она основывается, во-первых, на традиционном антикатолицизме и в особенности антисектантстве; во-вторых, на критике модерна и всех его проявлений, связанных с современными формами общественной жизни — правами человека, демократией, правовым государством, рыночной экономикой. На данной почве развиваются острые формы антилиберализма, антииндивидуализма, критики западной культуры. Эти программные установки подкрепляются радикальными метафизически-мифологическими концепциями. К наиболее мифологически насыщенным относится антисемитизм, объединяемый с теорией «жидомасонского заговора». Весь исторический процесс здесь объясняется решениями лидеров масонских лож и тайной организацией сил зла. Другая концепция основывается на метафизике православного монархизма и имперской державности. Она формирует конструкцию «государства правды» и исходит из нее в критике современности. Именно из такого источника в среде православных фундаменталистов рождаются мифы, подобные мифу о «православном Сталине», согласно которому лишь жидомасоны помешали Сталину восстановить в СССР православную монархию. Данный пример, как и многие другие, например, отрицание еврейского происхождения Иисуса Христа или Библии, демонстрирует, насколько далек православный фундаментализм от истинного православия (даже кощунственен по отношению к нему). Из подобных примеров можно отчетливо проследить политическое, а не религиозное происхождение фундаментализма. Его политическую принадлежность подтверждают и внешние союзы церковно-фундаменталистских кругов с коммунистами и националистами. Концепция «православного Сталина» вошла в официальную доктрину КПРФ, а «жидомасонская» легенда процветает в националистических партиях и хотя у коммунистов риторика секулярная, а у радикальных националистов — языческая, что не мешает им чувствовать солидарность с православным фундаментализмом на уровне «практических дел».
Программные заявления национал-социалистов (Народная национальная партия, Русское национальное единство), национал-капиталистов (Национально-республиканская партия России, Либерально-демекратическая партия России) представляющих патриотов-государственников также разыгрывают религиозную карту.
Основные постулаты государственной идеологии Народной национальной партии можно выразить следующим образом: Россия — государство русского народа, православие — государственная религия, необходимы достижение социальной справедливости, создание сильной армии, охрана природы и расселение мегаполисов.
Данные социологических исследований, проведенных в августе 1999 года в 19 субъектах Российской Федерации показал, что демонстративная религиозность политиков поддерживается лишь 34,4% россиян, тогда как 31,3% относятся к ней индифферентно, а 28,6% резко негативно, вероятно, видя в этом проявление конъюнктурности и неискренности. В связи с этим стоит заметить, что политикам следовало бы поискать менее рискованные способы привлечения симпатий избирателей.
Активно используют разногласия между православием и католицизмом в своих целях и ряд политических деятелей СНГ. Например, во время визита на Украину Папы Иоанна Павла II Леонид Кучма, постоянно находившийся с ним, максимально использовал визит Папы в политических целях, прежде всего в противостоянии с оппозицией, а заодно — пусть завуалировано — и в отношениях с Москвой.
Приветствуя главу Ватикана, президент Украины подчеркнул, что «после десятилетий искусственной изоляции Украина настойчиво борется за надлежащее место в европейском обществе, реализуя свой европейский выбор». При объединении Европы необходимо сохранить ее «христианские корни и христианскую душу». И в этом смысле, сказал Кучма, пребывание Папы на украинской земле станет «еще одним кирпичиком» в объединении континента, войдет в «этапную веху истории Украины».
В канун визита священнослужители и верующие Украинской Православной Церкви Московского Патриархата многократно проводили крестные ходы протеста. И хотя в порядке доброй воли эти акции были прерваны на время пребывания главы Ватикана на Украине, протест продолжался в другой форме — в молитвах против визита, являющегося, по их мнению, «провокацией» и «новым крестовым походом». С учетом того, что сторонники Московского Патриархата имеют на Украине 9049 общин — больше, чем все другие христианские течения, вместе взятые, это достаточно весомо. Названный спор, по определению «Вашингтон пост» «стал последним напоминанием, что Украина спустя 10 лет после распада Советского Союза все еще разделена политическими и религиозными разногласиями».
Процесс политизации религии — от участия священнослужителей различных конфессий в парламентской деятельности в первые годы реформ до создания религиозных партий и движений, стремящихся проявить себя в современной политической и духовной жизни — затронул почти все конфессии России, но особенно православие и ислам. Первой христианской политической партией страны стал Христианско-демократический союз России (ХДСР), возникший на основе редакционной группы «самиздатовского» Бюллетеня Христианской общественности в 1989 году. Среди мусульманских общественных объединений наибольшее влияние на политическую жизнь оказывают такие общефедеральные объединения как Исламский комитет (ИК), Союз мусульман России (СМР), движение «Нур», из региональных — Исламско-демократическая партия и «Джамаатул муслими» в Дагестане, «Исламский путь» в Чечне, Союз мусульманской молодежи в Татарстане. Таких партий насчитывается уже более двадцати и количество их будет, вероятно, расти.
Глобальная политизация общества — характерная примета времени. Возможна ли, однако, сегодня политика, свободная от нравственных обязательств и как должна решаться в этом контексте проблема соотношения политики и религии, политики и морали на современном этапе? Этот вопрос стоит сегодня и перед политическими лидерами, и перед религиозными деятелями, и перед научной общественностью. Чтобы ответить на этот вопрос необходимо рассмотреть его в историческом контексте.
Первые христиане не помышляли о том, как изменить мир и сделать его лучше. Они были уверены в близком его конце и думали о спасении. Они уповали не на переустройство мира, а на грядущее царство Божие, которое «не от мира сего» Евангелие не несло призыва к политическому освобождению, скорее оно призывало к освобождению от политики, выходу из политической игры.
Христианство возникло в размежевании с античным представлением о единстве политики и этики. Оно отказывалось видеть в человеке политическое по самой своей природе существо, поскольку не в политическом существовании человека реализуются его потенциал. Религиозное измерение человека, таким образом, не представлялось простым продолжением его мирского измерения. Христианство учило, как быть свободным в несвободном мире, где политическая власть с помощью насилия порабощает человека. Это порабощение оказывается тотальным в том только случае, если существование человека целиком заполнено политикой, если политика, человеческая природа и этика составляют неразрывное единство. Христианство начало с того, что провело принципиальное разграничение между этикой и политикой. Есть нечто более высокое, нежели любые земные цели, привязанности, действия, которые остаются на уровне отношения человека к человеку, государству, обществу. Есть мир внешний, и есть мир внутренний — духовный, мир человеческого существования по ту сторону политической жизни.
В своем первоначальном облике христианство учило противостоять государственной машине Римской империи, притязавшей на власть не только над телом, но и над душой своих подданных. В то же время оно не превращало верующих в некое обособленное от мира сообщество, оно не было аполитичным.
Евангельский Иисус осуждает беззаконие, насилие, угнетение и социальное неравенство, национально-племенную рознь. Все это стало предметом нравственного осуждения. Жестким политико-правовым предписаниям был противопоставлен закон человеческого сердца, насилию — любовь как форма связи между людьми, как нравственный принцип противления злу. Иными словами, не всякие средства, но лишь нравственно оправданные, приемлемы в борьбе со злом. Христианство сделало мораль религиозной и через нее оно получило возможность влиять на светскую историю, на политическую борьбу, на отношение человека к государственной власти, на освободительное движение народов. Механизм этого влияния включает взаимодействие между стихийным ходом исторических событий, имманентными миру ценностями — политикой, земным царством — и трансцендентным ему духовным началом, нравственно-религиозными постулатами — царством Божьим. Этот механизм построен на антиномии духовной и мирской власти, трактуемой по-разному и выявляемой в многообразных формах. У Августина в его учении о двух градах это противопоставление государству церкви. В учении Лютера о двух царствах речь идет о светских и духовных властях, через которые осуществляется божественное управление миром и за смешение которых он обличает католицизм. Разделение двух царств, веры и политической деятельности, града Божьего и мирского определило те два полюса притяжения, между которыми бьется христианское понимание истории: полное их разделение, с одной стороны, и отождествление — с другой. В своем стремлении быть представленным в мире и влиять на мирскую жизнь человека христианство столкнулось с двумя опасностями. Оно хочет вывести человека за пределы этого мира, за рамки существующего, рискуя внушить ему полное безразличие, пассивное отношение к социально-политической действительности, изолировать от мира и сделать аполитичным. Такой ценой может быть куплено освобождение христианской личности от посягательств на нее, ее совесть со стороны политической власти. Но тогда царство Божье оказывается за пределами истории, оно просто обозначает «иной мир», и разрывается связь между христианским спасением и мирской жизнью. Другая опасность заключается в смешении светского и религиозного, злоупотреблении религией для защиты мирских интересов, превращения теологии в служанку политики. Решающим является вопрос о том, возможно ли осуществить царство Божье на земле; в какой мере божественное может воплотиться в мирском; исчерпывает ли миссию христианской веры духовное освобождение, утешение в сознании, спасение от внешнего мира в мире внутреннем?
Если миссия христианства заключается во внутреннем освобождении человека от испорченного мира, то подчинение христианством Римской империи был

 

ПРИНИМАЕМ К ОПЛАТЕ